Беженцев в Нидерландах встречают с распростертыми объятиями… и селят в тюрьму (14 фото)




В попытках находить вещам новое применение государственное агентство в Нидерландах открыло пустующие тюрьмы, чтобы разместить мигрантов, прибывающих в страну в поисках убежища. Поскольку уровень преступности и число заключенных в Нидерландах в последние годы неуклонно снижались, десятки исправительных учреждений были закрыты. Когда число мигрантов стало расти — а только в прошлом году в Нидерланды приехало более 50 тысяч человек, — Центральное агентство по приему лиц, нуждающихся в убежище, (COA) нашло выход. Источник: National Geographic Фотожурналист Мухаммед Мухейзен, дважды лауреат Пулитцеровской премии и старший фотограф агентства Associated Press, посвятил последние несколько лет съемкам кризиса мигрантов и перемещения людей по континенту. «В моей голове всегда был вопрос: что дальше? — рассказывает он. — Путешествие не заканчивается, когда они въезжают в страну».

Иранский мигрант Реда Эшан лежит на столе во внутреннем дворе тюрьмы Де Койпель. Прошлой осенью Мухе

Иранский мигрант Реда Эшан лежит на столе во внутреннем дворе тюрьмы Де Койпель. Прошлой осенью Мухейзен услышал разговоры о повторном использовании мест лишения свободы. «Я не совсем понял. Я подумал, что они ощущают себя так, словно они действительно в тюрьме».

19-летняя афганская беженка выглядывает из-за двери своей камеры в тюрьме Де Койпель в Харлеме, Ниде

19-летняя афганская беженка выглядывает из-за двери своей камеры в тюрьме Де Койпель в Харлеме, Нидерланды. Фотографу потребовалось полгода, чтобы получить разрешение на съемку на территории тюрьмы. Затем Мухейзен провел 40 дней, посещая три разные тюрьмы, знакомясь с их обитателями и снимая их повседневную жизнь.

Езидский беженец Яссир Хаджи в Ираке был брадобреем. В камере, где он живет со своей женой Гербией в

Езидский беженец Яссир Хаджи в Ираке был брадобреем. В камере, где он живет со своей женой Гербией в тюрьме Де Койпель, он тренируется, ухаживая за ее бровями. «Речь идет о десятках разных народов, — говорит фотограф. — О десятках. Под этой крышей собрался весь мир».

Мигрант из Алжира Мохаммед Бен Салем (слева) и ливиец Амин Оши курят сигареты во дворе тюрьмы Де Кой

Мигрант из Алжира Мохаммед Бен Салем (слева) и ливиец Амин Оши курят сигареты во дворе тюрьмы Де Койпель. Мигранты, которым придется провести в тюрьмах по меньшей мере полгода в ожидании получения статуса беженца, могут свободно приходить и уходить по собственному желанию. Мухейзен говорит, что у некоторых мигрантов складываются крепкие дружеские отношения с голландцами, живущими по соседству.

Марокканский мигрант-гей, который пожелал остаться анонимным, стоит в своей камере бывшей тюрьмы. Он

Марокканский мигрант-гей, который пожелал остаться анонимным, стоит в своей камере бывшей тюрьмы. Он убежал из Марокко после того, как стал получать угрозы расправы, и в Нидерландах ему дали убежище. Беженцам не разрешается работать, но они упражняются в голландском языке и учатся ездить на велосипедах — оба этих навыка являются жизненно важными в Нидерландах. Большинство беженцев не смущает тот факт, что они делают это, находясь на территории тюрьмы.

Монгольский мигрант Нааран Баатар, которому 40 лет, играет в баскетбол на площадке в тюрьме Де Койпе

Монгольский мигрант Нааран Баатар, которому 40 лет, играет в баскетбол на площадке в тюрьме Де Койпель. По словам Мухейзена, когда он спрашивал у беженцев, как они относятся к такому размещению, типичным ответом было: «Мы здесь имеем крышу над головой, убежище, и мы чувствуем себя в безопасности».

Иракская беженка, 65-летняя Фатима Хуссейн, ждет в автобусе у ворот тюрьмы Де Койпель. Вместе с друг

Иракская беженка, 65-летняя Фатима Хуссейн, ждет в автобусе у ворот тюрьмы Де Койпель. Вместе с другими мигрантами она едет на собеседование с представителями властей Нидерландов в рамках процедуры получения убежища. Один сириец сказал Мухейзену, что жизнь в тюрьме дала ему надежду на будущее. «Если в стране нет заключенных, чтобы посадить в тюрьму, это значит, что это самая безопасная страна, и мне хочется здесь жить».

Беженка из Сомали, 41-летняя Иджаава Мохамед, сидит на стуле в отделении для одиноких женщин в тюрьм

Беженка из Сомали, 41-летняя Иджаава Мохамед, сидит на стуле в отделении для одиноких женщин в тюрьме Де Койпель.

Афганский беженец, 23-летний Сиратулла Хайятулла, пьет чай у порога своей камеры, глядя на внутренни

Афганский беженец, 23-летний Сиратулла Хайятулла, пьет чай у порога своей камеры, глядя на внутренний двор тюрьмы Де Койпель.

Сирийский беженец, 23-летний Фади Таххан, поет песню и играет на инструменте под названием уд. На эт

Сирийский беженец, 23-летний Фади Таххан, поет песню и играет на инструменте под названием уд. На этом этапе беженцам не разрешено работать, поэтому они находят свои способы провести время.

65-летняя иракская беженка Фатима Хуссейн молится в своей камере.

65-летняя иракская беженка Фатима Хуссейн молится в своей камере.

23-летний беженец из Афганистана Сиратулла Хайятулла занимается стиркой в тюремной прачечной.

23-летний беженец из Афганистана Сиратулла Хайятулла занимается стиркой в тюремной прачечной.

Афганский беженец с ребенком смотрят в окно на теперь закрытую тюрьму на северо-западе Нидерландов.

Афганский беженец с ребенком смотрят в окно на теперь закрытую тюрьму на северо-западе Нидерландов.

Мигрант играет с девочкой возле бывшей тюрьмы Вестлингена.

Мигрант играет с девочкой возле бывшей тюрьмы Вестлингена.









Добавить комментарий