«Иногда хочется быть такой женщиной…» (1 фото)




В этом – вся женщина… И за это мы их обожаем:

Иногда хочется быть такой женщиной-женщиной, Звенеть браслетами, поправлять волосы, а они, чтоб все равно падали, благоухать Герленом, теребить кольцо, пищать «Какая прелесть!», мало есть в ресторане, «мне только салат».

женщины браслет кольца волос кольцо волосы салат Мали

Не стесняться декольте, Напротив, расстегивать Совсем не случайно, Верхнюю пуговочку. Привыкнуть к дорогим чулкам, И бюстхалтеры покупать Только «Лежаби».

Иметь двух любовников, Легко тянуть деньги, «ты же знаешь – я не хожу пешком», «эта шубка бы мне подошла»… Не любить ни одного из них. «И потом в гробу Вспоминать Ланского».

А иногда хочется быть интеллигентной дамой, Сшить длинное черное платье, Купить черную водолазку, Про которую Татьяна Толстая сказала, Что их носят те, кто Внутренне свободен.

Если курить, то непременно с мундштуком, И чтоб это не выглядело Нелепо. Иногда подходить к шкафу, Снимать с полки словарь, чтоб только УТОЧНИТЬ слово, говорить в трубку: «Мне надо закончить статью, сегодня звонил редактор»,

Рассуждать об умном на фуршетах, А на груди, и в ушах чтоб — старинное серебро С розовыми кораллами Или бирюзой.

Чтоб в дальнем кабинете По коридору налево сидел за компьютером муж-ученый, Любовь с которым Продолжалась бы вечно. Чтоб все говорили «Высокие отношения».

Чтоб положив книжку на прикроватный столик, перед тем, как выключить свет в спальне, он замечал: «Дорогая, ты выглядишь бледной, Сходи завтра к профессору Мурмуленскому. Непременно».

А иногда просто необходимо быть Холодной расчетливой сукой. И большой начальницей, Чтоб все в офисе показывали пальцем И так и говорили новеньким: Она холодная расчетливая сука, Пойдет по трупам. Ну, зачем так грубо? И зачем же сразу «по трупам»? А вы, девушка, уволены… «Кажется я ясно ставила задачу», Называть красивых секретарш «дурочками», Прямо в глаза. Не потому что дурочки, а потому, что красивые.

Топ-менеджерскую зарплату Тратить на элитную косметику, И чтоб золотых карт миллион, С сумасшедшими скидками…

Коллекционировать современное искусство, Развешивать его По голым стенам в кабинете И в огромной пустой квартире, Где на сушилке на кухне Одна чашка, одна ложка И две табуретки у барной стойки.

Говорить мужчине: Жалкий неудачник, То есть нет – лууууууузер. Утвержать, что мастурбация — дело всенародное, И спать с котом, («он же член семьи!»), Которого кормит домработница.

А иногда хочется быть такой своей для всех В доску. С короткой стрижкой, И красить волосы, губы и ногти оранжевым, И ходить в больших зеленых ботинках, С индийской сумкой-торбой, С наушниками в ушах, С веревочками на запястье, Все время везде опаздывать, Вопить в курилке: «Я такую кофейню открыла!», «Вы пробовали холотропное дыхание? – Отвал башки!» И чтоб аж дым из ушей.

Захлебываться от впечатлений, Не успевать спать, Собираться на Гоа В феврале.

Сидеть в офисе за «маком», Вокруг чтоб все увешано разноцветными стикерами с напоминаниями: «придумать подарок Машке», «напомнить Витьке про ужин в среду», «купить новые лыжи».

На рабочем столе чтоб фотографии детей В бассейне и в океане, Портреты собаки – лабродор (почившей), И бородатого мужчины в странной желтой шапочке.

Быть всю жизнь замужем За одноклассником, Который за двадцать лет, представьте Так и не выкинул Ни одного фортеля.

Ди еще и мириться со всеми этими Друзьями, вечеринками, транжирством И немытой посудой. «Ты заедешь за мной в восемь?» «Конечно, зая».

А иногда хочется побриться на лыску, И повязать платочек, Вымыться в бане хозяйственным мылом, Но пахнуть какими-нибудь Травками, Полынью там, или мятой. Научиться молиться, Читать жития святых, Соблюдать посты, Назвать сына Серафимом, Подставлять, хотя бы мысленно, другую щеку, «Ты этого хотел. Так. Аллилуйя. Я руку, бьющую меня — целую».

Излучать доброжелательность, И чтоб ненатужно так Сиять от унутренней хармонии. Принести из церкви святую воду в баллоне, Поставить ее в холодильник, И когда муторно на душе Умываться ею И советовать мамашам, Что если у ребенка температура, Достаточно просто сбрызнуть, И чтоб это действительно помогало.

А иногда прямо требуется быть хозяюшкой, С большой буквы Х. Такой, которая все сама-сама И по собственным рецептам. «А я шарлотку так делаю» И понеслось…

На полке банки со специями, Стеклянные крынки С надписями: Рис, горох, сахар. И там, где написано «Мука», там правда мука, А не на дне старая заварка.

В шкафчике полотенца стопочками, Разложены по цветам и размерам, Между крахмальными простынями Ветки лаванды И что-то такое С вышивкой, Очень ненужное Что называется Сухим и шуршащим Словом — саше.

А как же? На подоконнике таз С вишневым вареньем – «два раза прокипятить», В вазочке – пенки, На столе капустка Собственного закваса.

Но в доме, мамаша, надо ж иметь и другие закуски… Когда же собраться, И научиться, Хоть макароны Варить правильно, Ходить не в магазин на углу, А на рынок, Знать, что на прошлой неделе помидоры стоили меньше на три рубля, Шампиньоны, наоборот, Подешевели (надо брать), А мясо – в той же цене…

Перебирать его на прилавке, Переворачивать, Мгновенно проницать все подлые замыслы Продавца, «Представляешь, он хотел мне подсунуть…»

Иногда, прям так хочется Что-то там жарить и парить, Украсить салат, перелить борщ В фарфоровый супник С кучерявыми ручками, И крикнуть в сторону гостиной Обед готов! Идите ужинать…

А еще ужасно хочется пойти в официантки, Купить накладные ресницы, И полное Собрание сочинений Дарьи Донцовой. Научиться ходить на каблуках Флиртовать с посетителями, Чтоб они больше Оставляли на чай, Говорить: а вот попробуйте еще «карпаччо», Уж очень оно у нас замечательное.

Ходить в кино, Копить на машину. Бросить бармена, Закрутить с поваром-итальянцем, Висеть на доске почета, Как работник, раскрутивший максимальное число лохов На дорогое французское вино, Которое они сроду не отличат От крымского.

Пить сколько хочешь горячего шоколада Из кофе-машины, И уже разлюбить греческий салат.

А что мы имеем на деле? Пока только Черную водолазку.

Автор: Полина Санаева









Добавить комментарий