Правила жизни Габриэля Гарсиа Маркеса (14 фото)




Знаменитый колумбийский писатель-прозаик Габриэль Гарсиа Маркес является автором таких знаменитых произведений, как «Сто лет одиночества», «Осень патриарха» и «Полковнику никто не пишет». Лауреат Нобелевской премии по литературе 1982 года.

В память о великом писателе представляем вашему вниманию его правила жизни, опубликованные в журнале «Эсквайр».

Источник: esquire.ru

1. Я всегда хотел сочинять мыльные оперы. Для людей вроде меня, желающих единственно, чтобы их любили за то, что они делают, мыльная опера гораздо эффективнее романа.

2. Нам приходится бороться с окаменением языка. Такие слова, как «народ», «демократия», потеряли сво

2. Нам приходится бороться с окаменением языка. Такие слова, как «народ», «демократия», потеряли свое значение. Всякий, кто может организовать выборы, считает себя демократом.

3. Я пытался писать сказки, но ничего не вышло. Я показал одну из них моим сыновьям, тогда еще мален

3. Я пытался писать сказки, но ничего не вышло. Я показал одну из них моим сыновьям, тогда еще маленьким. Они вернули ее со словами: «Папа, ты думаешь, дети совсем тупые?»

4. Я стараюсь предотвратить неприятные сюрпризы. Предпочитаю лестницы эскалаторам. Всё что угодно —

4. Я стараюсь предотвратить неприятные сюрпризы. Предпочитаю лестницы эскалаторам. Всё что угодно — самолетам.

5. США инвестируют в Латинскую Америку огромные деньги, но у них не получилось то, что мы сделали бе

5. США инвестируют в Латинскую Америку огромные деньги, но у них не получилось то, что мы сделали без единого цента. Мы меняем их язык, их музыку, их еду, их любовь, их образ мыслей. Мы влияем на Соединенные Штаты так, как они хотели бы влиять на нас.

6. СПИД лишь добавляет любви риска. Любовь всегда была очень опасна. Она сама по себе — смертельная

6. СПИД лишь добавляет любви риска. Любовь всегда была очень опасна. Она сама по себе — смертельная болезнь.

7. Проститутки были моими друзьями, когда я был молод. Я ходил к ним не столько заниматься любовью,

7. Проститутки были моими друзьями, когда я был молод. Я ходил к ним не столько заниматься любовью, сколько избавиться от одиночества. Я всегда говорил, что женился, чтобы не завтракать в одиночестве. Конечно, Мерседес (жена — Esquire) говорит, что я сукин сын.

8. У меня была жена и двое маленьких сыновей. Я работал пиар-менеджером и редактировал киносценарии.

8. У меня была жена и двое маленьких сыновей. Я работал пиар-менеджером и редактировал киносценарии. Но чтобы написать книгу, нужно было отказаться от работы. Я заложил машину и отдал деньги Мерседес. Каждый день она так или иначе добывала мне бумагу, сигареты, всё, что необходимо за работой. Когда книга была кончена, оказалось, что мы должны мяснику 5000 песо — огромные деньги. По округе пошел слух, что я пишу очень важную книгу, и все лавочники хотели принять участие. Чтобы послать текст издателю, необходимо было 160 песо, а оставалось только 80. Тогда я заложил миксер и фен Мерседес. Узнав об этом, она сказала: «Не хватало только, чтобы роман оказался плохим».

9. Если во что-то вовлечена женщина, я знаю, что всё будет хорошо. Мне совершенно ясно, что женщины

9. Если во что-то вовлечена женщина, я знаю, что всё будет хорошо. Мне совершенно ясно, что женщины правят миром.

10. Единственное, чего женщины не прощают, — это предательство. Если сразу установить правила игры,

10. Единственное, чего женщины не прощают, — это предательство. Если сразу установить правила игры, какими бы они ни были, женщины обычно их принимают. Но не терпят, когда правила меняются по ходу игры. В таких случаях они становятся безжалостными.

11. У меня был спор с профессорами литературы на Кубе. Они говорили: «Сто лет одиночества» — необыча

11. У меня был спор с профессорами литературы на Кубе. Они говорили: «Сто лет одиночества» — необычайная книга, но она не предлагает решения». Для меня это догма. Мои книги описывают ситуации, они не должны предлагать решений.

12. Я мелкобуржуазный писатель, и моя точка зрения всегда была мелкобуржуазной. Это мой уровень, мой

12. Я мелкобуржуазный писатель, и моя точка зрения всегда была мелкобуржуазной. Это мой уровень, мой ракурс.

13. Если бы я не стал писателем, я хотел бы быть тапером в баре. Так я помогал бы влюбленным еще сил

13. Если бы я не стал писателем, я хотел бы быть тапером в баре. Так я помогал бы влюбленным еще сильней любить друг друга.

14. Моя задача — чтобы меня любили, поэтому я и пишу. Я очень боюсь, что существует кто-то, кто меня

14. Моя задача — чтобы меня любили, поэтому я и пишу. Я очень боюсь, что существует кто-то, кто меня не любит, и я хочу, чтобы он полюбил меня из-за этого интервью.

15. Великие бедствия всегда порождали великое изобилие. Они заставляют людей хотеть жить.

15. Великие бедствия всегда порождали великое изобилие. Они заставляют людей хотеть жить.









Добавить комментарий